Автор
Содержание
Назад
Далее
Главная
Глава 3: Торговые отношения России и Кубы

3.1 Ценообразование на сахар и нефть в двусторонней торговле 1960-1990 годов

После победы революции 59 года и разрыва всяких экономических отношений с прежним партнёром (США) Куба оказалась в ситуации, полностью идентичной наблюдаемому ныне экономическому кризису в островном государстве. Руководствуясь факторами, упомянутыми в первой главе, Советский Союз живо отреагировал на изменения в геополитической и экономической обстановке карибского региона и не преминул воспользоваться сулящими ему выгодами от партнёрства с "молодым свободолюбивым государством".

Основным инструментом сотрудничества новых партнёров стала торговля. В 60-е года, как собственно и сейчас, главным экспортным товаром Кубы являлся сахар-сырец. В то же время для скорейшего восстановления экономики острова, испытавшей на себе мощный удар, требовались поставки широкого спектра продукции и сырья извне. Основными пунктами в списке импортируемых товаров стояли нефть и нефтепродукты, ввоз которых с лихвой мог обеспечить Советский Союз.

Сам характер советско-кубинских экономических отношений в первые годы определялся необходимостью не дать американцам задушить различного рода санкциями народное хозяйство Кубы. Поэтому в хозяйственных связях с островом заметную роль играли элементы помощи: преференциальные цены на кубинские товары, гарантированные закупки последних, стабильное удовлетворение импортных заявок кубинцев и т.д.

Под "преференциальными" в двусторонних отношениях подразумевались цены, предположительно превышающие цены мирового рынка на импортируемые Советским Союзом товары и соответственно не достигавшие этого уровня применительно к товарам, вывозимым из нашей страны.

Первое косвенное упоминание о преференциальных ценах в экономическом взаимоотношении двух стран можно найти в договоре между СССР и Республикой Куба от 19 декабря 1960 года, согласно которому Советский Союз обязался поставить на остров нефть и нефтепродукты по более низким ценам, чем поставляли их американские компании. С 1961 года СССР начал оплачивать по преференциальным ценам кубинский сахар-сырец. Как видно из приложения 4, если цены мирового рынка были равны в 1961 и 1962 годах соответственно 2,70 и 2,78 цента за фунт сахара-сырца, то мы покупали в эти годы островной сахар-сырец по цене 4,09 цента за фунт. Согласно приведённым кубинским автором (см. приложение 4) данным на кубинский сахар-сырец в 1963 году выросла, составив 6,11 центов за фунт. Тем не менее в названный год она была ниже цены мирового рынка, равной 8,34 цента.В следующем (1964-м) году в результате подписания соглашения о поставках в СССР сахара-сырца на 1965-1970 годы упомянутая цена в размере 6,11 центов была закреплена в качестве твёрдой на весь срок действия документа. В течение этого пятилетия (и в 1971 году) цена на импортируемый кубинский сахар-сырец действительно превышала цену мирового рынка, которая колебалась в пределах 1,81-5,77 центов за фунт.

Новая твёрдая цена на сахар-сырец была установлена в 1972 году соглашением, охватывающим временной период 1973-1980 годов, на уровне 200 рублей за тонну сахара-сырца. Впрочем, просуществовала она не долго и вскоре увеличилась до 350 рублей. Эта динамика обуславливалась главным образом резким взлётом цен мирового рынка на описываемый товар - с 9,45 центов за фунт в 1973 году до почти 30 центов в 1974 году. Ценовой скачёк оказался столь значительным, что даже преференциальные цены на сахар-сырец оказались существенно ниже цен мирового рынка: соответственно 19,3 и 22,66 центов за фунт.

Под влиянием резких колебаний цен мирового рынка на сахар-сырец с 1976 года был задействован новый ценовой механизм обеспечения поставок главного экспортного товара Кубы. Во первых, на период 1976-1980 годов цена на него была увеличена до 500 рублей за тонну, во-вторых, взаимные расчёты за товары, включая сахар-сырец, стали осуществляться в переводных рублях.

Во второй половине 70-х годов советские цены на закупаемый на острове сахар-сырец, выраженные в долларах (см. приложение 4), демонстрировали неуклонную тенденцию к росту (с 27,4 цента в 1976 году до 47,4 в 1980 году), в то время как мировые цены продолжали "конвульсивно" колебаться в пределах от 7,8 до 28,2 цента за фунт ( с минимумом в 1977 году). Следующий обвал цен на сахар-сырец начался в 1981 году и продолжался до 1985 года включительно. Минимальная цена мирового рынка, зафиксированная в 1985 году, была равна 4,1 цента за фунт. Преференциальные цены на кубинский сахар-сырец в первой половине 80-х годов, как видно из приложения 4, в целом снизились по сравнению с отмеченными в 1980 году.

Относительно номинальных значений цен на сахар-сырец, поставлявшийся в СССР во второй половине 80-х годов, в официальной и научной литературе нет единого мнения. Факты таковы, что в результате достигнутых договорённостей эти цены были установлены на весь период 1986-1990 годов. Однако если вице-президент Республики Куба К.Р. Родригес утверждал, что базовая цена на сахар-сырец для СССР в размере 850 рублей за тонну оставалась неизменной в течение всего названного срока, то, согласно мнению известного американского специалиста по Кубе, реальная цена менялась. Примечательно, что цены на предназначенный для Советского Союза сахар-сырец в рассматриваемый период снизились, тогда как мировые цены на этот продукт выросли почти втрое, достигнув в 1989-1990 годах отметки 12,5-12,8 центов за фунт.

Наряду с согласием на установление преференциальных цен на сахар-сырец СССР обязывался осуществлять его гарантированные закупки. Уже в 1960 году в соответствии с первым советско-кубинским соглашением о товарообороте и платежах Союз взял на себя обязательство закупить у Кубы 425 тыс. т сахара, а в 1961-1964 годах - ежегодно по 1 млн. т. В дальнейшем объёмы гарантированных ежегодных закупок сахара-сырца неуклонно возрастали, достигнув в 70-80 годы 3-4 млн. т. Механизм гарантированных закупок, как и преференциальные цены, обеспечивал стабильность и прогнозируемость взаимной торговли, позволяя Кубе целенаправленно развивать сахарное производство, а Советскому Союзу - полнее использовать производственные мощности своих сахарных заводов после окончания сезона переработки сахарной свеклы.

Что касается решения вопроса о взаимовыгодности торгово-экономического сотрудничества, то оно может быть сведено к прояснению, во-первых, того, имелась ли у СССР альтернатива крупномасштабным закупкам сахара-сырца на Кубе.

Известно, что с конца 50-х до начала 90-х годов потребление сахара в нашей стране неуклонно росло - как в целом, так и в расчёте на душу населения (последний показатель увеличился за это время с 40 до почти 50 кг). Возможности же отечественного производства резко отставали от динамики спроса на сахар. Это, естественно, вызвало рост импортных потребностей в данном продукте, и именно закупки на Кубе позволяли удовлетворять их на наиболее выгодных для нашей страны условиях. Кубинский сахар-сырец гарантировано поступал в наиболее удобные - зимне-весенние - периоды и оплачивался советскими товарами, а не СКВ.

Кроме того, Куба обеспечивала треть потребляемого в Союзе сахара по ценам ниже средней цены свекловичного сахара, производимого внутри страны. Так, средняя цена производства последнего в 1979-1987 годах была равна 43 центам за фунт, в то время, как за кубинский сахар в тот же период советская сторона платила среднюю цену 41,92 цента.

Расхожее мнение, согласно которому закупки сахара-сырца на Кубе привели к замедлению развития отечественного сахарного производства ( куда якобы не делались необходимые капиталовложения), не выдерживает критики. Во-первых, чтобы производить недостающие 4-4,5 млн. т сахара, нам понадобилось бы в конце 80-х годов инвестировать в сахарную промышленность в течение 3-4 лет 30-35 млрд. рублей, выделить 1 млн. га культивированных земель и найти сотни тысяч новых рабочих рук, что даже могучему СССР было непросто. В тогдашних условиях упомянутые деньги неминуемо пришлось бы изымать из других отраслей, выпускавших потребительские товары.

Во-вторых, дополнительная ежегодная перевозка в наиболее напряжённые периоды уборки урожая по 40-45 млн. т свеклы, необходимой для изготовления требуемого количества сахара, могла парализовать транспортную инфраструктуру европейской части страны.

Следовательно крупномасштабный импорт сахара оказывался неизбежным. Существенно сократить его, изменив структуру пищевого рациона населения в сторону повышения потребления других, более энергетически ценных, продуктов (мяса, молочных изделий) и более полезных для человека сахаросодержащих продуктов, тогда возможности не было.

Схема сочетания в двусторонних торговых отношениях преференциальных цен и гарантированных закупок товара распространялась так же на торговлю нефтью и нефтепродуктами (являвшихся жизненно необходимыми для острова импортными товарами). Советский Союз с 1961 года гарантированно обеспечивал все необходимые потребности карибского государства в упомянутых товарах. Вплоть до резкого скачка мировых цен на нефть в 1973 году именно этот фактор, а не различия в ценах (на имортируемую советскую нефть и нефть на мировом рынке) был решающим для поступательного развития народного хозяйства. Дело в том, что, с одной стороны, общий уровень мировых цен на нефть в течение всего периода 1960-1973 годов был столь низок, что преференциальные цены на нефть, поставлявшуюся из СССР, просто физически не могли быть на много ниже рыночных. С другой стороны, трудно переоценить значимость бесперебойного снабжения Кубы необходимыми объёмами топлива в условиях её экономической блокады.

Ситуация существенным образом изменилась после первого "нефтяного шока". Именно в силу "буферной" роли преференциальных цен на советскую нефть и на кубинский сахар-сырец, несмотря на почти десятикратное увеличение цен на нефть на мировом рынке и на ранее отмечавшееся падение цен на сахар в период 1973-1982 годов, покупательная способн6ость кубинского сахара в операциях с советской нефтью сократилась всего в два с небольшим раза. В 1973 году метрическая тонна сахара-сырца "приносила" 74 барреля нашей нефти, а в 1982 году она обменивалась на 36 баррелей; между тем на мировом рынке метрическая тонна сахара-сырца могла быть обменяна только на 6 баррелей нефти.

В первой половине 80-х годов цена на советскую нефть, выраженная в кубинских песо, неуклонно росла, достигнув в 1985 году 26,19 песо за баррель (см приложение2). Выраженная в долларах в соответствии с официальным обменным курсом, она демонстрировала в этот период несколько иную тенденцию: минимум в 1981 году и последующий рост до 1985 года включительно. Параллельно мировая цена на нефть достигла в 1982 году своего очередного и последнего пика, составившего 33,47 долларов за баррель, после чего снизилась к 1985 году до 26,98 долларов за баррель. Максимальный разрыв в ценах в первой половине 80-х годов пришёлся на 1981 год и составил около 2,5 раза (в случае с ценами на советскую нефть, выраженными в песо) и менее 2,0 ( в случае с ценами на эту нефть, выраженными в долларах). Существенно, что в 1983 и 1984 годах значения цен на советскую нефть заметно приблизились к уровню мировых цен, а в 1985 году превысили его (в долларовом выражении) или почти совпали с ним (при выражении в песо). В 1986 году произошёл внезапный обвал мировых цен на нефть: их уровень упал более чем вдвое. При этом цены на советскую нефть в течение всего пятилетия (до 1990 года) оставались неизменными, а значит намного превысили цены мирового рынка. К примеру, в 1986 и 1988 годах эта разница достигала примерно двух раз ( см. таблицу 2).

Что касается объёмов гарантированных поставок советской нефти на остров, то в середине 70-х годов он, по данным советских исследователей, составлял 7-8 млн. т ежегодно. Применительно же к 80-м годам известны разные оценки. Наиболее достоверной представляется цифра 13 млн. т. Увеличение объёма поставок произошло в начале 80-х годов в порядке компенсации Кубе ущерба, связанного с общим ухудшением её внешнеэкономических позиций в мире.

В целях экономии на транспортных расходах была задействована особая, причём весьма эффективная, схема поставок топлива: с участием "третьих лиц", представляющих Венесуэлу и ФРГ. Согласно этой схеме советские и венесуэльские нефтяные компании взаимодействовали между собой и с кубинскими потребителями через единого оператора - немецкую компанию "FEVA". Советские предприятия поставляли сырую нефть (в основном типа "Урал") немецкому оператору, направлявшему её европейским потребителям. В свою очередь "FEVA" закупала сырую нефть (например "Лаго Медио", близкую по параметрам к "Уралу") и организовывала её поставки на Кубу. В результате кубинская экономика получала возможность развиваться, не испытывая негативных воздействий резких колебаний цен мирового рынка на этот вид жизненно важного для острова сырья.

Ввиду ряда факторов (политика рейгановской администрации, катастрофическое падение цен на сахар-сырец на мировом рынке), осложнявших руководителям острова преодоление пути стабильного развития экономики, Куба начала прибегать к продаже части получаемых из СССР нефти и нефтепродуктов на мировом рынке. Этот реэкспорт стал важным источником валютных поступлений. Выручка по соответствующей статье в 1981-1987 годах составила 30-40% всех доходов острова в валюте, в то время как продажа сахара-сырца на мировом рынке приносила лишь 20%.

Подчёркивая значение поставок нефти и нефтепродуктов в торговом сотрудничестве наших стран, следует иметь в виду, что они составляли в стоимостном эквиваленте в среднем 15-20%, максимально доходя до трети общего объёма советского экспорта на остров ( при том, что во второй половине 80-х годов цены на советскую нефть в двусторонней торговле превышали мировые).

Автор
Содержание
Назад
Далее
Главная
Экологические Проект ПНООЛР прооекты . чехол для Xiaomi MiPad 2 7.9 честные отзывы
Hosted by uCoz